Если мы выпускаем «Коммунист» № 3, то и Радек, и Бронский, и Паннекук (и широкая публика) вправе ждать и будут ждать продолжения того же, вправе ждать и будут ждать каких ни на есть гарантий для сотрудников, вправе, наконец (и это особенно важно), обижаться и вмешиваться, если мы здесь отвечаем на гнусности «Газеты Роботничей». Тут настежь открыты ворота склоке.

Тут Радек и К° наверняка ссорят нас с левыми, ибо хотя бы Паннекук имеет свя- тейшее право сказать: я не в такой «Коммунист» шел, я не хочу, чтобы «нападали» на

«Газету Роботничу» (он оборону изобразит нападением: знаете ведь, как это делается).

Тут Радек и К° вправе выпустить любое письмо к публике и по-русски и по- немецки, вправе сказать: «Коммунист» был фактически (это факт) общим органом вашим + Паннекук + Радек + Бронский, а вы в нем «обижаете» «Газету Роботничу», вы начинаете раскалывать левую и проч. и проч. (как он уже говорил в Кинтале, это заметьте: эту стратегию он уже пустил в ход в Кинтале).

И перед всеми левыми вина ложится на нас!! Мы дали себя поссорить с левыми, мы попались в тышкинскую ловушку. Вот к чему ведет продолжение «Коммуниста», вот почему я отказываюсь идти туда.

Наоборот, повторяю, если мы в особом, новом сборнике, без Паннекука, Радека, Бронского отвечаем «Газете Роботничей», отвечаем Бухарину и кому угодно, это абсолютно не касается Циммервальдской левой, и она ни вмешиваться, ни обижаться не может. Радек не может «жаловаться» ни перед Паннекуком, ни перед немцами на то, что «Сборник «Социал-Демократа»» ответил «Газете Роботничей».

А к этому еще добавляется вопрос о пораженчестве. То же самое.

А к этому еще добавляется вопрос о фракции Чхеидзе. То же самое. Ибо на этом играла «Газета Роботнича».

Если у японки нет «злостных намерений», она не может отказаться от соглашения на один сборник (без