ли бы Вы послать мне его, ежели у Вас свободен? Я, в случае требования, верну аккуратно.

Сборы на московскую газету обрадовали нас зело. За это дело возьмется наша тройка депутатов Московской области: Малиновский, Шагов и Самойлов. Это уже условлено. Но нужна осторожность: не укрепив «Правды», нельзя хвататься за московскую газету. У нас есть план постановки «Московской Правды»¹⁷⁴.

Тихонову напишите, пожалуйста, чтобы он говорил только с Бадаевым и Малиновским, а с ними поговорил обязательно.

Особенно порадовали меня в Вашем письме слова: «Из всех планов и предположений российской интеллигенции явствует с полной несомненностью, что социалистическая мысль прослоена разнообразными течениями в корне враждебными ей: тут и мистика, и метафизика, и оппортунизм, и реформизм, и отрыжки народничества. Все эти течения тем более враждебны, что крайне неопределенны и, не имея своих кафедр, не могут определиться с достаточной ясностью»*.

Подчеркиваю слова, особо меня восхитившие. Вот именно: «в корне враждебны» и тем более, что неопределенны. Вот Вы спрашиваете о Степанове (И. И.). Чем он оказался (а парень хороший, работяга, знающий и т. д.) в эпоху развала и шатаний? (1908-1911). Хотел мирить с впередовцами. Но ведь это значит, что шатался сам.

Писал мне письма, что над демократической революцией в России крест поставить, что у нас без революции по-австрийски пойдет. Я его облаял ликвидатором за эти пошлости**. Обиделся. А потом в печати Ларин его мысли выпалил.

Теперь Степанов демонстративно пишет не у нас, а в газете Рожкова «Новая Сибирь» в Иркутске¹⁷⁵. А Рожков Вы знаете, какое «течение» открыл? Читали