Казанского, а двум, Полесскому и Северо-Западному, напутаны сроки, вместо 1. IV. 05 сказано 1. I. 05). Ясно, что об участии на съезде Совета, а следовательно, и Лиги и ЦО не может быть и речи. Я этому очень рад, и я не верю, что пойдут русские меньшевики, не верю. До сих пор никто из вас не доставил ни одной бумажки о согласии на съезд ни одного меньшевистского комитета. Не впадайте в иллюзии! Если питерские меньшевики идут на уступки, требуйте от них, как conditio sine qua non*, признания съезда, созываемого Бюро, и признания единственно законным и связанным с рабочим движением С.-Петербургского комитета, - непременно на бумаге, непременно с отсылкой копии (за их собственноручной подписью) во «Вперед», непременно от имени всех поименно членов С.-Петербургской группы меньшинства. Но и тогда все же не пускайте их ни к каким связям, - иначе наживете себе внутренних врагов, попомните мое слово!

Рахметову передайте немедленно, срочной телеграммой, что здесь около 20. III. 05 будет важнейшая конференция с с.-р. и массой других партий о соглашении для восстания²³, - необходимо присутствие Рахметова, пусть скачет не теряя ни дня.

В заключение еще раз скажу Вам: Вы не знаете сил меньшинства по всей России и впадаете в иллюзии. Это напрасно. Меньшевики сейчас сильнее нас, необходима отчаянная борьба, долгая борьба. Иконы заграницей** берут тьму денег. О соглашении с Бундом etc. я считаю прямо неприличным заговаривать нам после их (и латышской) конференции с ЦК²⁴ (протокол в «Последних Известиях» и в № 89 «Искры»). Это было бы идиотизмом: мы точно навязываемся, а нам скажут: мы вас не знаем, мы с ЦК уже согласились. Позор выйдет, помилуйте!!

Жму крепко руку. Ленин