1 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 1–13. Ред.↩
2 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 360–367. Ред.↩
4 Кстати. В истории новейшего социализма это едва ли не единичное и в своем роде чрезвычайно утешительное явление, что распря различных направлений внутри социализма из национальной впервые превратилась в интернациональную. В прежние времена споры между лассальянцами и эйзенахцами{131}, между гедистами и поссибилистами{132}, между фабианцами и социал-демократами{133}, между народовольцами{134} и социал-демократами оставались чисто национальными спорами, отражали чисто национальные особенности, происходили, так сказать, в разных плоскостях. В настоящее время (теперь это уже явственно видно) английские фабианцы, французские министериалисты, немецкие бернштейнианцы{135}, русские критики, – все это одна семья, все они друг друга хвалят, друг у друга учатся и сообща ополчаются против «догматического» марксизма. Может быть, в этой первой действительно международной схватке с социалистическим оппортунизмом международная революционная социал-демократия достаточно окрепнет, чтобы положить конец давно уже царящей в Европе политической реакции?↩
5 Сравнение двух течений в революционном пролетариате (революционное и оппортунистическое) с двумя течениями в революционной буржуазии XVIII века (якобинское – «Гора» – и жирондистское) было сделано в передовой статье № 2 «Искры» (февраль 1901 г.). Автор этой статьи – Плеханов. Говорить о «якобинстве» в русской социал-демократии до сих пор очень любят и кадеты, и «беззаглавцы»{136}, и меньшевики. Но о том, как Плеханов впервые выдвинул это понятие против правого крыла социал-демократии, – об этом ныне предпочитают молчать или… забывать. (Примечание автора к изданию 1907 г. Ред.)↩
6 Когда Энгельс обрушился на Дюринга, ко взглядам последнего склонялись довольно многие представители германской социал-демократии, и обвинения в резкости, нетерпимости, нетоварищеской полемике и проч. сыпались на Энгельса даже публично на съезде партии. Мост с товарищами внес (на съезде 1877 года{137}) предложение об устранении статей Энгельса из «Vorwärts'а»{138}, как «не представляющих интереса для громадного большинства читателей», а Вальтейх (Vahlteich) заявил, что помещение этих статей принесло большой вред партии, что Дюринг тоже оказал услуги социал-демократии: «мы должны пользоваться всеми в интересах партии, а если профессора спорят, то «Vorwärts» вовсе не место для ведения таких споров» («Vorwärts», 1877, № 65 от 6-го июня). Как видите, это – тоже пример защиты «свободы критики», и над этим примером не мешало бы подумать нашим легальным критикам и нелегальным оппортунистам, которые так любят ссылаться на пример немцев!↩
7 Надо заметить, что по вопросу о бернштейнианстве в германской партии «Р. Дело» всегда ограничивалось голым пересказом фактов с полным «воздержанием» от собственной оценки их. См., напр., № 2–3, стр. 66– о Штутгартском съезде{139}; все разногласия сведены к «тактике», и констатируется лишь, что огромное большинство верно прежней революционной тактике. Или № 4–5, стр. 25 и след. – простой пересказ речей на Ганноверском съезде с приведением резолюции Бебеля; изложение и критика Бернштейна отложены опять (как и в № 2–3) до «особой статьи». Курьезно, что на стр. 33 в № 4–5 читаем: «…взгляды, изложенные Бебелем, имеют за себя огромное большинство съезда», а несколько ниже: «… Давид защищал взгляды Бернштейна… Раньше всего он старался показать, что… Бернштейн и его друзья все же (sic!) (так! Ред.) стоят на почве классовой борьбы…». Это писалось в декабре 1899 г., а в сентябре 1901 г. «Р. Дело», должно быть, уже разуверилось в правоте Бебеля и повторяет взгляд Давида как свой собственный!↩
8 Здесь имеется в виду вышенапечатанная статья К. Тулина против Струве, составленная из реферата, который носил заглавие «Отражение марксизма в буржуазной литературе». См. предисловие{140}. (Примечание автора к изданию 1907 г. Ред.)↩
9 Символ веры, программа, изложение миросозерцания. Ред.↩
10 Речь идет о протесте 17-ти против «Credo». Пишущий эти строки участвовал в составлении этого протеста (конец 1899 года). Протест вместе с «Credo» был напечатан за границей весной 1900 года{141}. В настоящее время из статьи г-жи Кусковой (кажется, в «Былом»{142}) уже известно, что автором «Credo» была она, а среди заграничных «экономистов» того времени виднейшую роль играл г. Прокопович. (Примечание автора к изданию 1907 г. Ред.)↩
11 В «Путеводителе»{143}. Ред.↩
12 Насколько нам известно, состав Киевского комитета с тех пор изменился.↩
13 Уже одно это отсутствие открытой партийной связи и партийной традиции составляет такое кардинальное отличие России от Германии, которое должно бы было предостеречь всякого разумного социалиста от слепого подражания. А вот образец того, до чего доходит «свобода критики» в России. Русский критик, г. Булгаков, делает такой выговор австрийскому критику, Герцу: «При всей независимости своих выводов, Герц в этом пункте (о кооперациях), по-видимому, все-таки остается слишком связан мнениями своей партии и, расходясь в подробностях, не решается расстаться с общим принципом» («Капитализм и земледелие», т. II, стр. 287). Подданный порабощенного политически государства, в котором999/1000 населения до мозга костей развращены политическим холопством и полным непониманием партийной чести и партийной связи, – высокомерно выговаривает гражданину конституционного государства за чрезмерную «связанность мнениями партии»! Только и остается нелегальным организациям нашим, как приняться за составление резолюций о свободе критики…↩
14 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 358. Ред.↩
15 Dritter Abdruck. Leipzig, 1875. Verlag der Genossenschartsbuchdrackerei («Крестьянская война в Германии». Третье издание. Лейпциг, 1875 г. Кооперативное издательство. Ред.).↩
16 «Раб. Дело» № 10, сент. 1901 г., стр. 17 и 18. Курсив «Раб. Дела».↩
17 Тред-юнионизм вовсе не исключает всякую «политику», как иногда думают. Тред-юнионы всегда вели известную (но не социал-демократическую) политическую агитацию и борьбу. О различии тред-юнионистской и социал-демократической политики мы скажем в следующей главе.↩
18 Α. Α. Ванеев скончался в 1899 году в Восточной Сибири от чахотки, которую он вынес из одиночного заключения в предварилке. Поэтому мы и сочли возможным опубликовать приводимые в тексте сведения, за достоверность которых мы ручаемся, ибо они исходят от лиц, непосредственно и ближайшим образом знавших А. А. Ванеева.↩
19 См. Сочинения, 5 изд., том 2, стр. 75–80. Ред.↩
20 «Отрицательно относясь к деятельности соц. – дем. конца 90-х годов, «Искра» игнорирует отсутствие в то время условий для иной работы, кроме борьбы за мелкие требования», – заявляют «экономисты» в своем «Письме в русские социал-демократические органы» («Искра» № 12). Приведенные в тексте факты доказывают, что это утверждение об «отсутствии условий» диаметрально противоположно истине. Не только в конце, но и в половине 90-х годов вполне были налицо все условия для иной работы, кроме борьбы за мелкие требования, все условия, кроме достаточной подготовки руководителей. И вот вместо того, чтобы открыто признать этот недостаток подготовки со стороны нас, идеологов, руководителей, – «экономисты» хотят свалить все на «отсутствие условий», на влияние материальной среды, определяющей путь, с которого не совлечь движения никаким идеологам. Что это такое, как не раболепство пред стихийностью? как не влюбленность «идеологов» в свои недостатки?↩
21 Кстати, эта похвала «Р. Мысли» в ноябре 1898 г., когда «экономизм», особенно за границей, вполне определился, исходила от того самого В. И – а, который вскоре сделался одним из редакторов «Раб. Дела». И «Раб. Дело» отрицало еще существование двух направлений в русской социал-демократии, как продолжает отрицать и теперь!↩
22 Что это сравнение правильно, можно видеть из следующего характерного факта. Когда после ареста «декабристов» среди рабочих Шлиссельбургского тракта распространилось известие, что провалу посодействовал близкий к одной из соприкасавшихся с «декабристами» групп провокатор Η. Η. Михайлов (зубной врач), то эти рабочие были так возмущены, что решили убить Михайлова.↩
23 Из той же передовицы первого номера «Рабочей Мысли». Можно судить по этому, какова была теоретическая подготовленность этих «В. В. русской социал-демократии», которые повторяли грубое опошление «экономического материализма» в то самое время, когда в литературе шла война марксистов против настоящего г. В. В., давно уже прозванного «реакционных дел мастером» за такое же понимание отношения политики и экономики!↩
24 У немцев есть даже особое слово: «Nur-Gewerkschaftler», обозначающее сторонников «только-профессиональной» борьбы.↩
25 Мы подчеркиваем современных по адресу тех, кто фарисейски пожмет плечами и скажет: теперь легко разносить «Рабочую Мысль», но только это ведь архаизм! Mutato nomine de te fabula narratur (под другим именем о тебе сказка сказывается. Ред.) – ответим мы таким современным фарисеям, полное порабощение которых идеями «Раб. Мысли» будет доказано ниже.↩
26 Письмо «экономистов» в № 12 «Искры».↩
28 «Neue Zeit»{144}, 1901–1902, XX, I, № 3, стр. 79. Проект комиссии, о котором говорит К. Каутский, принят Венским съездом (в конце прошлого года) в несколько измененном виде{145}.↩
29 Это не значит, конечно, что рабочие не участвуют в этой выработке. Но они участвуют не в качестве рабочих, а в качестве теоретиков социализма, в качестве Прудонов и Вейтлингов, участвуют, другими словами, лишь тогда и постольку, поскольку им в большей или меньшей степени удается овладевать знанием своего века и двигать вперед это знание. А чтобы рабочим чаще удавалось это, для этого необходимо как можно больше заботиться о повышении уровня сознательности рабочих вообще, для этого необходимо, чтобы рабочие не замыкались в искусственно суженные рамки «литературы для рабочих», а учились бы овладевать все больше и больше общей литературой. Вернее даже было бы сказать вместо «замыкались» – были замыкаемы, потому что рабочие-то сами читают и хотят читать все, что пишут и для интеллигенции, и только некоторые (плохие) интеллигенты думают, что «для рабочих» достаточно рассказывать о фабричных порядках и пережевывать давно известное.↩
30 Часто говорят: рабочий класс стихийно влечется к социализму. Это совершенно справедливо, в том смысле, что социалистическая теория всех глубже и всех вернее определяет причины бедствий рабочего класса, а потому рабочие и усваивают ее так легко, если только эта теория сама не пасует пред стихийностью, если только она подчиняет себе стихийность. Обыкновенно это подразумевается само собою, но «Раб. Дело» как раз забывает и извращает это подразумеваемое. Рабочий класс стихийно влечется к социализму, но наиболее распространенная (и постоянно воскрешаемая в самых разнообразных формах) буржуазная идеология тем не менее стихийно всего более навязывается рабочему.↩
31 «К вопросу о современных задачах и тактике русских социал-демократов». Женева, 1898. Два письма в «Рабочую Газету», писанные в 1897 году.↩
32 См. Сочинения, 5 изд., том 2, стр. 433–470. Ред.↩
33 Первую свою неправду («мы не знаем, о каких молодых товарищах говорил П. Б. Аксельрод») «Р. Дело», защищаясь, дополнило второй, когда писало в «Ответе»: «С тех пор, как написана рецензия на «Задачи», среди некоторых русских социал-демократов возникли или более или менее ясно определились тенденции к экономической односторонности, являющиеся шагом назад по сравнению с тем состоянием нашего движения, которое изображено в «Задачах»» (стр. 9). Так говорит «Ответ», вышедший в 1900 году. А первый номер «Р. Д.» (с рецензией) вышел в апреле 1899 года. Неужели в 1899 году только возник «экономизм»? Нет, в 1899 г. впервые раздался протест русских социал-демократов против «экономизма» (протест против «Credo»). (См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 163–176.) «Экономизм» же возник в 1897 году, как это отлично знает «Р. Дело», ибо В. И—ъ уже в ноябре 1898 года («Лист. «Раб.»» № 9–10) расхваливал «Раб. Мысль».↩
34 «Теория стадий» или теория «робкого зигзага» в политической борьбе выражается, например, в этой статье так: «Политические требования, по своему характеру общие для всей России, должны, однако, на первых порах» (это писано в августе 1900 г.!) «соответствовать опыту, извлеченному данным слоем (sic!) рабочих из экономической борьбы. Только (!) на почве этого опыта можно и должно приступать к политической агитации» и т. д. (стр. 11). На стр. 4 автор, восставая против совершенно неосновательных, по его мнению, обвинений в экономической ереси, патетически восклицает: «Какой же социал-демократ не знает, что по учению Маркса и Энгельса экономические интересы отдельных классов играют решающую роль в истории и, следовательно, в частности борьба пролетариата за свои экономические интересы должна иметь первостепенное значение для его классового развития и освободительной борьбы?» (курс, наш). Это «следовательно» совершенно неуместно. Из того, что экономические интересы играют решающую роль, отнюдь не следует никакого вывода О первостепенном значении экономической (=профессиональной) борьбы, ибо самые существенные, «решающие» интересы классов могут быть удовлетворены только коренными политическими преобразованиями вообще; в частности, основной экономический интерес пролетариата может быть удовлетворен только посредством политической революции, заменяющей диктатуру буржуазии диктатурой пролетариата. Б. Кричевский повторяет рассуждение «В. В. русской социал-демократии» (– политика следует за экономикой и т. п.) и бернштейнианцев немецкой (напр., Вольтман именно таким рассуждением доказывал, что рабочие должны сначала приобрести «экономическую силу», прежде чем думать о политической революции).↩
35 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 376. Ред.↩
36 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 6–7. Ред.↩
37 Ein Jahr der Verwirrung (год смуты) – так озаглавил Меринг тот параграф своей «Истории германской социал-демократии», в котором он описывает колебания и нерешительность, проявленные сначала социалистами при выборе «тактики-плана», соответствующего новым условиям.↩
38 Из передовой статьи № 1 «Искры». (См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 374. Ред.)↩
39 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 7–8. Ред.↩
40 Не надо забывать также и того, что, «теоретически» решая вопрос о терроре, группа «Освобождение труда» обобщала опыт предшествующего революционного движения.↩
41 Заметим, ко избежание недоразумений, что в дальнейшем изложении мы понимаем везде под экономической борьбой (согласно установившемуся у нас словоупотреблению) ту «практически-экономическую борьбу», которую Энгельс назвал, в приведенной выше цитате, «сопротивлением капиталистам» и которая в свободных странах называется профессиональной, синдикальной или тред-юнионистской борьбой.↩
42 В настоящей главе мы говорим только о политической борьбе, о более широком или более узком ее понимании. Поэтому лишь мимоходом отметим, просто как курьез, обвинение «Раб. Делом» «Искры» в «излишнем воздержании» по отношению к экономической борьбе («Два съезда», стр. 27, разжевано Мартыновым в его брошюре «Социал-демократия и рабочий класс»). Если бы гг. обвинители выразили хотя бы в пудах или печатных листах (как они любят это делать) отдел экономической борьбы в «Искре» за год и сравнили с соответствующим отделом «Р. Дела» и «Р. Мысли», вместе взятых, то они легко увидели бы, что они отстают даже и в этом отношении. Очевидно, сознание этой простой истины заставляет их прибегать к доводам, ясно показывающим их смущение. «Искре», – пишут они, – «волей-неволей (!) приходится (!) считаться с властными запросами жизни и хотя бы (!!) помещать корреспонденции о рабочем движении» («Два съезда», стр. 27). Вот уже подлинно уничтожающий нас аргумент!↩
43 Мы говорим «вообще», ибо речь идет в «Раб. Деле» именно об общих принципах и общих задачах всей партии. Несомненно, что бывают случаи на практике, когда политика действительно должна следовать за экономикой, – но об этом говорить в резолюции, предназначенной для всей России, могут только «экономисты». Бывают ведь и такие случаи, когда «с самого начала» можно вести политическую агитацию «только на экономической почве», – и тем не менее «Рабоч. Дело» додумалось наконец до того, что в этом «нет никакой необходимости» («Два съезда», стр. 11). В следующей главе мы покажем, что тактика «политиков» и революционеров не только не игнорирует тред-юнионистских задач социал-демократии, а, напротив, одна только и обеспечивает последовательное их выполнение.↩
44 Подлинные выражения брошюры «Два съезда», стр. 31, 32, 28 и 30.↩
46 «Раб. Дело» № 10, стр. 60. Это – мартыновский вариант того применения к современному, хаотическому состоянию нашего движения тезиса: «каждый шаг действительного движения важнее дюжины программ», которое мы уже охарактеризовали выше. В сущности, это только перевод на русский язык пресловутой бернштейновской фразы: «движение – все, конечная цель – ничто».↩
47 Стр. 43: «Конечно, если мы рекомендуем рабочим предъявлять известные экономические требования правительству, мы это делаем потому, что в области экономической самодержавное правительство по нужде готово идти на известные уступки».↩
49 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 297–319. Ред.↩
51 «Раб. Мысль», «Отд. прилож.», стр. 14.↩
52 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 391–396. Ред.↩
53 Требование «придать самой экономической борьбе политический характер» самым рельефным образом выражает преклонение пред стихийностью в области политической деятельности. Политический характер экономическая борьба принимает сплошь да рядом стихийно, то есть без вмешательства «революционной бациллы – интеллигенции», без вмешательства сознательных социал-демократов. Политический характер приобрела, например, и экономическая борьба рабочих в Англии без всякого участия социалистов. Задача же социал-демократов не исчерпывается политической агитацией на экономической почве, задача их – превратить эту тред-юнионистскую политику в социал-демократическую политическую борьбу, – воспользоваться теми проблесками политического сознания, которые заронила в рабочих экономическая борьба, для того, чтобы поднять рабочих до социал-демократического политического сознания. А Мартыновы, вместо того, чтобы поднимать и толкать вперед стихийно пробуждающееся политическое сознание, падают ниц перед стихийностью и твердят, до тошноты часто твердят, что экономическая борьба «наталкивает» рабочих на вопрос об их политическом бесправии. Плохо то, господа, что вас-то это стихийное пробуждение тред-юнионистского политического сознания не «наталкивает» на вопрос о ваших социал-демократических задачах!↩
54 В подтверждение того, что всю эту речь рабочих к «экономистам» мы не зря выдумали, сошлемся на двух свидетелей, несомненно знакомых с рабочим движением непосредственно и всего менее склонных быть пристрастными к нам, «догматикам», ибо один свидетель – «экономист» (считающий даже «Рабочее Дело» органом политическим!), другой – террорист. Первый свидетель, автор замечательной по своей правдивости и живости статьи «Петербургское рабочее движение и практические задачи социал-демократии» в № 6 «Раб. Д.». Он делит рабочих на 1) сознательных революционеров, 2) промежуточный слой и 3) остальную массу. И вот промежуточный слой «часто интересуется больше вопросами политической жизни, чем своими ближайшими экономическими интересами, связь которых с общими социальными условиями давно понята»… «Раб. Мысль» «резко критикуют»: «все одно и то же, давно известно, давно читали», «в политическом-то обозрении опять ничего нет» (стр. 30–31). Но даже и третий слой: «более чуткая, более молодая, менее развращенная кабаком и церковью рабочая масса, почти никогда не имея возможности достать книгу политического содержания, толкует вкривь и вкось явления политической жизни, задумываясь над отрывочными сведениями о бунте студентов» и т. д. А террорист пишет: «… Раз-два прочтут о мелочах фабричной жизни, в разных, не своих городах, а потом и перестанут… Скучно… Не говорить в рабочей газете о государстве… значит смотреть на рабочего как на дитятко малое… Рабочий не дитятко» («Свобода»{146}, изд. революционно-социалистической группы, стр. 69 и 70).↩
55 Мартынов «представляет себе другую, более реальную (?) дилемму» («Социал-демократия и рабочий класс», 19): «Либо социал-демократия берет на себя непосредственное руководство экономической борьбой пролетариата и этим (!) превращает ее в революционную классовую борьбу»… «Этим», т. е., очевидно, непосредственным руководством экономической борьбой. Пусть укажет нам Мартынов, где это видано, чтобы одним только руководством профессиональной борьбой удавалось превратить тред-юнионистское движение в революционное классовое? Не сообразит ли он, что для этого «превращения» мы должны активно взяться за «непосредственное руководство» всесторонней политической агитацией?.. «Либо другая перспектива: социал-демократия устраняется от руководства экономической борьбой рабочих и тем… подсекает себе крылья»… «Устраняется», по приведенному выше мнению «Раб. Дела», «Искра». Но мы видели, что она делает для руководства экономической борьбой гораздо больше, чем «Раб. Дело», причем она не ограничивается этим и не суживает во имя этого своих политических задач.↩
56 Речь идет о весне 1901 года, когда начались крупные уличные демонстрации{147}. (Примечание автора к изданию 1907 г. Ред.)↩
57 Например, во время франко-прусской войны Либкнехт диктовал программу действий осей демократии, – и еще больше делали это Маркс с Энгельсом в 1848 году.↩
59 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 10–11. Ред.↩
60 Недостаток места не позволил нам в «Искре» с полной обстоятельностью ответить на это крайне характерное для «экономистов» письмо. Мы были очень рады его появлению, ибо толки о невыдержанности классовой точки зрения в «Искре» доходили до нас уже давно и с самых различных сторон, и мы искали только удобного случая или оформленного выражения ходячего обвинения, чтобы ответить на него. А отвечать на нападения мы привыкли не защитой, а контрнападением.↩
61 А между этими статьями (№ 3 «Искры») была помещена статья специально о классовых антагонизмах в нашей деревне. (См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 429–437. Ред.)↩
62 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 391–396. Ред.↩
63 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 429–437. Ред.↩
64 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 87–92. Ред.↩
66 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 78, 79. Ред.↩
67 Здесь же ссылка на «конкретные русские условия, фатально толкающие рабочее движение на революционный путь». Не хотят люди понять того, что революционный путь рабочего движения может еще быть и не социал-демократическим путем! Ведь вся западноевропейская буржуазия при абсолютизме «толкала», сознательно толкала рабочих на революционный путь. Мы же, социал-демократы, не можем удовлетвориться этим. И если мы чем бы то ни было принижаем социал-демократическую политику до стихийной, тред-юнионистской политики, то мы именно этим и играем на руку буржуазной демократии.↩
70 «Раб. Мысль» и «Раб. Дело», особ. «Ответ» Плеханову.↩
71 Брошюра: «Кто совершит политическую революцию?» – в изданном в России сборнике «Пролетарская борьба». Была также переиздана Киевским комитетом. «Возрождение революционизма» и «Свобода».↩
72 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 6. Ред.↩
73 Борьба «Искры» с плевелами вызвала со стороны «Раб. Дела» такую сердитую выходку: «Для «Искры» же знамением времени служат не столько эти крупные события (весенние), как жалкие попытки зубатовских агентов «легализировать» рабочее движение. Она не видит, что эти факты именно и говорят против нее; они-то и свидетельствуют о том, что рабочее движение приняло очень угрожающие размеры в глазах правительства» («Два съезда», стр. 27). Виной всему – «догматизм» этих «глухих к властным велениям жизни» ортодоксов. Упорно не хотят видеть аршинной пшеницы и воюют с вершковыми плевелами! Это ли не «извращенное чувство перспективы по отношению к русскому рабочему движению» (там же, стр. 27)?↩
75 Затруднение от избытка. Ред.↩
76 Здесь же заметим только, что все сказанное нами по поводу «подталкивания со стороны» и всех дальнейших рассуждений «Свободы» об организации целиком относится ко всем «экономистам» и «рабочеделенцам» в том числе, ибо они частью активно проповедовали и защищали те же взгляды на вопросы организации, частью сбивались на них.↩
77 Этот термин, может быть, более правилен по отношению к «Свободе», чем предыдущий, ибо в «Возрождении революционизма» защищается терроризм, а в разбираемой статье – «экономизм». Охота смертная, да участь горькая! – можно вообще сказать про «Свободу». Самые хорошие задатки и самые лучшие намерения – и путаница в результате, путаница главным образом благодаря тому, что, защищая преемственность организации, «Свобода» не хочет знать преемственности революционной мысли и социал-демократической теории. Стараться опять вызвать к жизни профессионального революционера («Возр. рев.») и предлагать для этого, во-первых, эксцитативный террор, а во-вторых, «организацию рабочих-середняков» («Свобода» № 1, стр. 66 и ел.), поменьше «подталкиваемых со стороны», – это значит, поистине, для согревания своего жилища ломать на дрова это самое жилище.↩
78 Например, в военной среде в последнее время замечается несомненное оживление демократического духа, отчасти вследствие учащающихся случаев уличной борьбы против таких «врагов», как рабочие и студенты. И, как только позволят наличные силы, мы непременно должны обратить самое серьезное внимание на пропаганду и агитацию среди солдат и офицеров, на создание «военных организаций», входящих в нашу партию.↩
79 Я помню, один товарищ передавал мне, как горько жаловался готовый помогать и помогавший социал-демократии фабричный инспектор на то, что он не знает, доходит ли его «информация» до настоящего революционного центра, насколько нужна его помощь и насколько имеется возможность утилизировать его маленькие и мелкие услуги. Всякий практик знает, конечно, не один подобный случай, когда наше кустарничество отнимало у нас союзников. А «мелкие» в отдельности и неоценимые в сумме услуги могли бы и стали бы нам оказывать служащие и чиновники не только по фабричной, но и по почтовой, железнодорожной, таможенной, дворянской, поповской и всякой другой части, вплоть даже до полицейской и придворной! Если бы у нас была уже настоящая партия, действительно боевая организация революционеров, мы не ставили бы ребром всех таких «пособников», не торопились бы всегда и безусловно втягивать их в самую сердцевину «нелегальщины», а, напротив, особенно берегли бы их, и даже специально подготовляли бы людей на такие функции, памятуя, что многие студенты могли бы больше пользы принести партии в качестве «пособников» – чиновников, чем в качестве «краткосрочных» революционеров. Но – повторяю еще раз – применять эту тактику вправе только вполне уже прочная организация, не испытывающая недостатка в активных силах.↩
80 «Свобода» № 1, статья «Организация», стр. 66: «тяжелой поступью рабочая громада будет крепить все требования, которые выставятся от лица российского Труда», – непременно с большой буквы! И этот же автор восклицает: «я вовсе не отношусь враждебно к интеллигенции, но»… (это то самое но, которое Щедрин переводил словами: выше лба уши не растут!)… «но меня всегда страшно сердит, когда придет человек и наговорит очень красивых и прекрасных вещей и требует, чтобы они были приняты за свою (его?) красоту и иные достоинства» (62). Да, меня это тоже «всегда страшно сердит»…↩
81 Ср. «Задачи русских социал-демократов», стр. 21, полемика против П. Л. Лаврова. (См. Сочинения, 5 изд., том 2, стр. 459–460. Ред.)↩
82 «Задачи рус. соц. – дем.», стр. 23. (См. Сочинения, 5 изд., том 2, стр. 461. Ред.) Кстати, вот еще одна иллюстрация того, что «Раб. Дело» либо не понимает того, что оно говорит, либо меняет свои взгляды «по ветру». В № 1 «Р. Дела» напечатано курсивом: «изложенная суть брошюры совпадает целиком с редакционной программой «Рабочего Дела»» (стр. 142). В самом деле? С «Задачами» совпадает воззрение, что массовому движению нельзя ставить первой задачей низвержение самодержавия? совпадает теория «экономической борьбы с хозяевами и с правительством»? совпадает теория стадий? Предлагаем читателю судить, может ли быть речь о принципиальной устойчивости органа, так оригинально понимающего «совпадение».↩
83 См. «Доклад Парижскому конгрессу»{148}, стр. 14: «С того времени (1897 г.) до весны 1900 года вышли в разных местах 30 номеров разных газет… В среднем появлялось больше одного номера в месяц».↩
84 Трудность эта только кажущаяся. На самом деле нет такого местного кружка, который не имел бы возможности активно взяться за ту или иную функцию общерусского дела. «Не говори: не могу, а говори: не хочу».↩
85 Вот почему даже пример исключительно хороших местных органов вполне подтверждает нашу точку зрения. Например, «Южный Рабочий»{149} – прекрасная газета, совсем неповинная в принципиальной неустойчивости. Но то, что она хотела дать для местного движения, было не достигнуто благодаря редкому выходу и широким провалам. То, что всего более настоятельно для партии в данный момент, – принципиальная постановка коренных вопросов движения и всесторонняя политическая агитация, – оказалось не под силу местному органу. А то, что она давала особенно хорошего, вроде статей о съезде горнопромышленников, о безработице и т. п. – не представляло из себя строго местного материала и требовалось для всей России, а не для одного юга. Таких статей не было и во всей нашей социал-демократической прессе.↩
86 Легальный материал особенно важен в этом отношении, и мы особенно отстали в умении систематически собирать и утилизировать его. Не будет преувеличением сказать, что по одному легальному материалу можно еще кое-как написать профессиональную брошюру, а по одному нелегальному – невозможно. Собирая нелегальный материал от рабочих по вопросам вроде изданных «Раб. Мыслью»{150}, мы понапрасну тратим массу сил революционера (которого в этом легко заменил бы легальный деятель) и все-таки никогда не получаем хорошего материала, ибо рабочим, знающим сплошь да рядом только одно отделение большой фабрики и почти всегда знающим экономические результаты, а не общие условия и нормы своей работы, невозможно и приобрести таких знаний, какие есть у фабричных служащих, инспекторов, врачей и т. п. и какие в массе рассеяны в мелких газетных корреспонденциях и в специальных промышленных, санитарных, земских и пр. изданиях.
Как сейчас помню свой «первый опыт», которого бы я никогда не повторил. Я возился много недель, допрашивая «с пристрастием» одного ходившего ко мне рабочего о всех и всяческих порядках на громадном заводе, где он работал. Правда, описание (одного только завода!) я, хотя и с громадным трудом, все же кое-как составил, но зато рабочий, бывало, вытирая пот, говорил под конец занятий с улыбкой: «мне легче экстру проработать, чем вам на вопросы отвечать!».
Чем энергичнее будем мы вести революционную борьбу, тем больше вынуждено будет правительство легализировать часть «профессиональной» работы, снимая тем с нас часть нашего бремени.↩
87 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 1–13. Ред.↩
88 В сборнике «За 12 лет» В. И. Ленин опустил параграф «а» пятой главы и дал следующее примечание: «Параграф «а) Кто обиделся за статью «С чего начать?»?» – опускается в настоящем издании, ибо он содержит исключительно полемику с «Раб. Делом» и Бундом по вопросу о попытках «Искры» «командовать» и т. и. В этом параграфе, между прочим, говорилось, что сам же Бунд приглашал (в 1898–1899 гг.) членов «Искры» возобновить ЦО партии и организовать «литературную лабораторию»». Ред.↩
89 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 9. Ред.↩
90 В процессе становления, возникновения. Ред.↩
91 «Искра» № 8, ответ Центрального комитета Всеобщего еврейского союза в России и Польше на нашу статью по национальному вопросу.↩
92 Мы размещаем эти факты нарочно не в том порядке, в каком они имели место.↩
93 См. Сочинения, 5 изд., том 2, стр. 433–470 и 263–314. Ред.↩
94 Кстати, автор этой брошюры просит меня заявить, что она, как и прежние его брошюры, была послана в «Союз» при предположении, что редактором его изданий является группа «Освобождение труда» (в силу некоторых условий он в это время, т. е. в феврале 1899 г., не мог знать о перемене редакции). Брошюра эта будет скоро переиздана Лигой{151}.↩
95 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 182–186, 187–192 и 193–198. Ред.↩
96 Товарищ Кричевский и товарищ Мартынов! Обращаю ваше внимание на это возмутительное проявление «самодержавия», «бесконтрольной авторитетности», «верховного регулирования» и пр. Помилуйте: хочет обладать всей цепью!! Пишите же скорее жалобу. Вот вам готовая тема для двух передовиц в № 12 «Рабочего Дела»!↩
97 Мартынов, приведя в «Р. Деле» первую фразу этой цитаты (№ 10, с. 62), опустил именно вторую фразу, как бы подчеркивая этим свое нежелание касаться существа вопроса или свою неспособность понять это существо.↩
98 Оговорка: если он сочувствует направлению этой газеты и считает полезным для дела стать ее сотрудником, понимая под этим не только литературное, а вообще всякое революционное сотрудничество. Примечание для «Рабочего Дела»: между революционерами, которые ценят дело, а не игру в демократизм, которые не отделяют «сочувствия» от самого активного и живого участия, эта оговорка подразумевается сама собою.↩
99 Стр. 62. «Канун революции».↩
100 Впрочем, по вопросам теории в своем «обозрении вопросов теории» Л. Надеждин почти что ничего не дал, если не считать следующего, весьма любопытного с «точки зрения кануна революции» пассажа: «Бернштейниада в ее целом теряет для нашего момента свой острый характер точно так же, как докажет ли г. Адамович, что г. Струве уже заслужил пряжку, или, наоборот, г. Струве опровергнет г. Адамовича и не согласится на выход в отставку, – это решительно все равно, ибо настает «слушный час» революции» (стр. 110). Трудно было бы рельефнее изобразить бесконечную беззаботность Л. Надеждина насчет теории. Мы провозгласили «канун революции» – поэтому «решительно все равно», удастся ли ортодоксам окончательно сбить с позиции критиков!! И не замечает наш мудрец, что именно во время революции понадобятся нам результаты теоретической борьбы с критиками для решительной борьбы с их практическими позициями!↩
101 «Искра» № 4: «С чего начать?». – «Революционных культурников, не стоящих на точке зрения кануна революции, долгота работы ничуть не смущает», – пишет Надеждин (с. 62). Мы заметим по поводу этого: если мы не сумеем выработать такой политической тактики, такого организационного плана, которые были бы непременно рассчитаны на весьма долгую работу и в то же время обеспечивали бы самым процессом этой, работы готовность нашей партии оказаться на своем посту и выполнить свой долг при всякой неожиданности, при всяком ускорении хода событий, – то мы окажемся просто жалкими политическими авантюристами. Только Надеждин, со вчерашнего дня начавший себя называть социал-демократом, может забывать о том, что цель социал-демократии – коренное преобразование условий жизни всего человечества, что поэтому социал-демократу непозволительно «смущаться» вопросом о долготе работы.↩
102 Увы, увы! Опять сорвалось у меня ото ужасное слово «агент», так режущее демократическое ухо Мартыновых! Мне странно, почему это слово не обижало корифеев 70-х годов и обижает кустарей 90-х годов? Мне нравится это слово, ибо оно ясно и резко указывает на общее дело, которому все агенты подчиняют свои помыслы и действия, и если нужно заменить это слово другим, то я бы мог остановиться только разве на слове «сотрудник», если бы оно не отзывалось некоторой литературщиной и. некоторой расплывчатостью. А нам нужна военная организация агентов. Впрочем, те многочисленные (особенно за границей) Мартыновы, которые любят заниматься «взаимным пожалованием друг друга в генералы», могли бы говорить вместо «агент по паспортной части» – «главноначальствующий отдельной частью по снабжению революционеров паспортами» и т. п.↩
103 Я мог бы также ответить немецкой пословицей: Den Sack schlägt man, den Esel meint man, или по-русски: кошку бьют, невестке наветки дают. Не одно «Раб. Дело», а широкая масса практиков и теоретиков увлекалась модной «критикой», путалась в вопросе о стихийности, сбивалась с социал-демократического на тред-юнионистское понимание наших политических и организационных задач.↩
104 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 384–385. Ред.↩
105 В основе такой оценки раскола лежало не только ознакомление с литературой, но ташке и данные, собранные за границей некоторыми побывавшими там членами нашей организации.↩
106 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 1–13. Ред.↩
107 Утверждение это повторено в «Двух съездах», стр. 25.↩
108 Именно: мы сказали во вступлении к июньским резолюциям, что русская социал-демократия в целом всегда стояла на почве принципов группы «Осв. тр.» и что заслугой «Союза» была в особенности его издательская и организационная деятельность. Другими словами, мы выражали полную готовность предать забвению все прошлое и признать полезность (для дела) работы наших товарищей из «Союза» под условием того полного прекращения шатаний, которые мы преследовали «уловлением». Всякий беспристрастный человек, прочитав июньские резолюции, именно так только и поймет их. Если же «Союз» теперь, после того как он вызвал разрыв своим новым поворотом к «экономизму» (в статьях № 10 и в поправках), обвиняет нас торжественно в неправде («Два съезда», с. 30) за эти слова о его заслугах, то такое обвинение способно вызвать, конечно, только улыбку.↩
109 В «Vorwärts'e» началась полемика по этому поводу между теперешней редакцией его, Каутским и «Зарей». Мы не преминем познакомить русских читателей с этой полемикой{152}.↩
110 Абсолютно необходимым. Ред.↩
111 Если не считать стеснением автономии те редакционные совещания в связи с учреждением общего верховного совета объединенных организаций, на которые согласилось в июне и «Раб. Дело».↩
112 См. настоящий том, стр. 185. Ред.↩
113 Принципиальная часть этого проекта представляет из себя проект, предлагаемый одним членом редакции, Фреем (и составленный им на основании первоначального проекта Г. В—ча). Практическая же часть (с указанного ниже места и до конца) предлагается всей комиссией, т. е. пятью членами редакции.↩
114 Начиная отсюда – принято всей комиссией.↩
115 Предложение Фрея: изменить начало этого абзаца таким образом: «В интересах охраны рабочего класса от физического и нравственного вырождения, а также в интересах повышения его способности к борьбе за свое освобождение…».↩
116 Предложение Фрея:
Вставить сюда (в этот же пункт): «установления законом еженедельного срока расплаты по всем договорам о найме рабочих».↩
117 Предложение Фрея:
Вставить сюда слова: «и в интересах свободного развития классовой борьбы в деревне», так чтобы весь абзац гласил:
«В целях же устранения остатков старого крепостного порядка и в интересах свободного развития классовой борьбы в деревне, Российская социал-демократическая рабочая партия будет добиваться:».↩
118 Предложение Фрея: изменить начало абзаца таким образом:
«Борясь за указанные требования, Российская социал-демократическая рабочая партия» и т. д.↩
119 Предложение Фрея: изменить конец этого абзаца таким образом: «… проекты, которые связаны с каким бы то ни было расширением или упрочением по лицейско-чиновничьей опеки над трудящимися массами».↩
120 Декларация, провозглашение принципов. Ред.↩
121 Все, что в программе лишнее, ослабляет ее. Ред.↩
123 Кто не согласен с этим, тому мы предложили бы привести или даже придумать хотя один-единственный пример такого «увеличения хозяйственного значения крупных и сужения роли мелких предприятий», которое не было бы ясным для всех вытеснением последних первыми.↩
124 Такое толкование туманности тем более неизбежно, чем шире известна определенная формулировка, напр., Эрфуртской программы: «… geht die Verdrängung der zersplitterten Kleinbetriebe durch kolossale Großbetriebe…» («…идет вытеснение распыленных мелких предприятий колоссальными крупными предприятиями…». Ред.).↩
125 Не беда, если когда и встретится какое-либо иностранное слово или фраза, непонятная на первый взгляд во всей ее широте. Устный доклад на собраниях, письменное разъяснение в печати дадут все, что необходимо, и тогда краткая, выразительная фраза, раз понятая, запечатлеется в памяти, станет лозунгом, чего никогда не бывает с многословными рассуждениями. Ред.↩
127 Предшествующее, первичное. Ред.↩
128 «Обстоятельная социал-демократическая программа, из которой не видно, что капитализм с естественной необходимостью порождает обеднение и обнищание масс, которая не рассматривает борьбу против этого обеднения и обнищания как содержание требований социал-демократии, – такая программа замалчивает о самом решающем в нашем движении и содержит в себе, таким образом, чувствительный пробел». Ред.↩
130 Наших дорогих друзей. Ред.↩
131 «Разорение широких слоев населения». Ред.↩
132 «Вместо этой декламаторской фразы, которая выглядит так, будто мы не перестаем скорбеть по поводу разорения буржуа и мелких буржуа (!!), я бы сказал об одном простом факте: что вследствие разорения средних слоев городского и сельского населения, мелких буржуа и мелких крестьян, расширяется или углубляется пропасть между имущими и неимущими»{153}. Ред.
В проекте Эрфуртской программы был такой пассус: «In diesem Befreiungskampf verficht die Sozialdemokratie als die Verfechterin (или Vertreterin – «Neue Zeit». IX, 2, 789) nicht bloß der Lohnarbeiter, sondern der Ausgebeuteten und Unterdrückten insgesamt, alle Forderungen, Maßregeln und Einrichtungen, welche die Lage des Volkes im allgemeinen und der Arbeiterklasse im besondern zu verbessern geeignet sind» («В этой освободительной борьбе социал-демократия борется как защитница (или представительница) не только наемных рабочих, но и эксплуатируемых и угнетенных вообще, отстаивая все требования, мероприятия и учреждения, способные улучшить положение народа вообще и рабочего класса в особенности». Ред.). И Энгельс положительно посоветовал весь этот пассус вычеркнуть, не преминув посмеяться: «des Volkes im allgemeinen (wer ist das?)» («народа вообще (кто же это?)». Ред.). И, согласно совету Энгельса, этот пассус выкинут вовсе прочь; параграф о том, что «освобождение рабочего класса может быть только делом рабочего класса, ибо все остальные классы стоят на почве частной собственности на средства производства и имеют общей целью сохранение основ современного общества», – параграф этот принят в более резкой форме, чем первоначальный проект, под прямым влиянием Энгельса.↩
133 Чем больше в практической части нашей программы проявляем мы «доброты» к мелкому производителю (напр., к крестьянину), тем «строже» должны быть к этим ненадежным и двуличным социальным элементам в принципиальной части программы, ни на йоту не поступаясь своей точкой зрения. Вот, дескать, ежели примешь эту, нашу, точку зрения, – тогда тебе и «доброта» всякая будет, а не примешь, – ну, тогда уже не прогневайся! Тогда мы при «диктатуре» скажем про тебя: там нечего слов тратить по-пустому, где надо власть употребить…↩
134 Уничтожение классов – наше основное требование{154}. Ред.↩
135 Между прочим. В контрпроекте неудачно выражение: «азиатски-варварские формы вымирания крестьянства». Можно сказать: формы исчезновения или что-либо в этом роде.↩
136 Возвращение отрезков, как экстренную революционную меру, мы деградируем допущением выкупа до самой дюжинной «реформы».↩
137 Декларация, провозглашение принципов. Ред.↩
138 Ненадежных кантонистов. Ред.↩
139 Витте сам заметил неловкость своих рассуждений об «имуществе», и поэтому в другой части своего доклада он старается «поправиться», заявляя, что возрастание стоимости государственного имущества «в применении к обязательствам русской казны не имеет особого значения, так как кредит России не нуждается в специальных обеспечениях». Ну, конечно! А подробный расчетец с перечнем этих специальных обеспечений все-таки оставлен – на всякий случай!↩
140 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 277–284. Ред.↩
141 См. Сочинения, 5 изд., том 5, стр. 373–374. Ред.↩
142 См. настоящий том. стр. 257–263. Ред.↩
144 См. настоящий том, стр. 303–348. Ред.↩
145 См. приложение к брошюре П. Б. Аксельрода: «К вопросу о современных задачах и тактике русских социал-демократов». Женева, 1898.↩
146 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 429–437. Ред.↩
147 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 432. Ред.↩
148 Известно, что в рабском и феодальном обществе различие классов фиксировалось и в сословном делении населения, сопровождалось установлением особого юридического места в государстве для каждого класса. Поэтому классы рабского и феодального (а также и крепостного) общества были также и особыми сословиями. Напротив, в капиталистическом, буржуазном обществе юридически все граждане равноправны, сословные деления уничтожены (по крайней мере в принципе), и потому классы перестали быть сословиями. Деление общества на классы обще и рабскому, и феодальному, и буржуазному обществам, но в первых двух существовали классы-сословия, а в последнем классы бессословные.↩
149 То возражение, что требование вернуть отрезки далеко не есть еще максимум наших ближайших требований в пользу крестьянства (resp. (respective – или. Ред.) наших аграрных требований вообще) и что оно поэтому непоследовательно, будет разобрано ниже, когда мы будем уже говорить о конкретных пунктах защищаемой программы. Мы утверждаем, и постараемся доказать это, что требование «вернуть отрезки» есть максимум того, что мы можем выставить теперь же в нашей аграрной программе.↩
150 Я лично склонен решать этот вопрос в утвердительном смысле, но в данном случае, разумеется, не место и не время обосновывать и даже выдвигать ото решение, ибо речь идет теперь о защите коллективного, общередакционного проекта аграрной программы.↩
151 До какой степени не вдумался Мартынов в тот вопрос, о котором он взялся писать, это особенно наглядно видно из следующей фразы его статьи: «Ввиду того, что аграрная часть нашей программы еще очень долго будет иметь сравнительно малое практическое значение, она открывает широкое поприще для революционной фразеологии». Подчеркнутые слова содержат именно ту путаницу, на которую указано в тексте. Мартынов слыхал, что на Западе с аграрной программой выступают лишь при очень развитом рабочем движении. У нас это движение только начинается. Следовательно – «еще очень долго»! – спешит умозаключить наш публицист. Он не заметил мелочи: на Западе аграрные программы пишутся для привлечения полу-крестьян, полурабочих к социал-демократическому движению против буржуазии, у нас – для привлечения крестьянской массы к демократическому движению против остатков крепостничества. Поэтому на Западе аграрная программа будет приобретать тем большее значение, чем дальше идет развитие сельскохозяйственного капитализма. Наша аграрная программа, в преобладающей части ее требований, будет иметь тем меньшее практическое значение, чем дальше идет развитие сельскохозяйственного капитализма, – ибо остатки крепостного права, против которых эта программа направлена, вымирают и сами собой и под влиянием политики правительства. Наша аграрная программа рассчитана поэтому практически главным образом на непосредственно ближайшее будущее, на период до падения самодержавия. Политический переворот в России во всяком случае и неизбежно поведет за собою такие коренные преобразования самых отсталых наших аграрных порядков, что нам тогда непременно придется пересмотреть нашу аграрную программу. А Мартынов твердо знает только одно: что книга Каутского{155} хороша (это справедливо) и что достаточно повторять и переписывать Каутского, не думая о коренном отличии России в отношении аграрной программы (это совсем не умно).↩
152 Мы говорим: «создать», ибо старые русские революционеры никогда не обращали серьезного внимания на вопрос о республике, никогда не считали его «практическим» вопросом, – народники, бунтари и пр. потому, что с пренебрежением анархистов относились к политике, народовольцы потому, что хотели прыгнуть прямо от самодержавия к социалистической революции. На нашу долю (если не говорить о давно забытых республиканских идеях декабристов), на долю социал-демократов, выпало распространить требование республики в массе и создать республиканскую традицию среди русских революционеров.↩
153 Может быть, небесполезно будет напомнить, к вопросу об «осуществимости» требований социал-демократической программы, полемику К. Каутского против Р. Люксембург в 1896 году. Р. Люксембург писала, что требование восстановления Польши неуместно в практической программе польских социал-демократов, ибо это требование неосуществимо в современном обществе. К. Каутский возражал ей, говоря, что этот довод «основывается на странном непонимании сущности социалистической программы. Наши практические требования, выражены ли они прямо в программе или представляют из себя молчаливо принимаемые «постулаты», должны быть сообразованы (werden… darnach bemessen) не с тем, достижимы ли они при данном соотношении сил, а с тем, совместимы ли они с существующим общественным строем и способно ли проведение их облегчить классовую борьбу пролетариата, дать толчок ее развитию (fördern) и расчистить (ebnen) пролетариату путь к политическому господству. С данным же соотношением сил мы при этом нисколько не считаемся. Социал-демократическая программа пишется не для данного («den») момента, – она должна по возможности дать директиву (ausreichen) при всех и всяческих конъюнктурах в современном обществе. Она должна служить не только практическому действию (der Aktion), но и пропаганде, она должна в форме конкретных требований указать с большей наглядностью, чем это могут сделать абстрактные рассуждения, то направление, в котором мы хотим идти вперед. Чем более отдаленные практические цели можем мы при этом себе ставить, не теряясь в утопических спекуляциях, – тем лучше. Тем яснее будет для масс – даже и для тех масс, которые не в состоянии понять (erfassen) наши теоретические рассуждения, – то направление, которому мы следуем. Программа должна показать, чего мы требуем от современного общества или современного государства, а не то, чего мы ожидаем от него. Возьмем, напр., программу немецкой социал-демократии. Она требует выбора чиновников народом. Это требование, если мерить его по масштабу Р. Люксембург, так же утопично, как и требование создать польское национальное государство. Никто не впадет в такую иллюзию, чтобы считать осуществимым при современных политических соотношениях требование выбирать государственных чиновников народом в Германской империи. С тем же правом, с каким можно принять, что польское национальное государство осуществимо лишь по завоевании пролетариатом политической власти, – с таким же правом можно это утверждать и о данном требовании. Но разве это достаточное основание, чтобы не принимать его в нашу практическую программу?» («Neue Zeit», XIV, 2, SS. 513 u. 514 («Новое Время», XIV, 2, стр. 513 и 514. Ред.). Курсив К. Каутского.)↩
154 В сущности, к непониманию именно этого пункта сводятся все заблуждения и блуждания «критиков» марксизма в аграрном вопросе, и самый смелый, самый последовательный (а постольку и самый честный) из них, г. Булгаков, прямо заявляет в своем «исследовании», что «учение» о классовой борьбе совершенно неприложимо к области сельскохозяйственных отношений («Капитализм и земледелие», т. II, стр. 289).↩
155 Разумеется, не всякие меры, ускоряющие буржуазный прогресс, защищает и пролетариат, а только те из них, которые непосредственно влияют на усиление способности рабочего класса к борьбе за его освобождение. А «отработки» и кабала падают на неимущую и близкую к пролетариату часть крестьянства еще гораздо сильнее, чем на зажиточную.↩
156 Отметим непоследовательность (или недомолвку?) Надеждина, который в своем наброске аграрной программы воспринял, видимо, идею «Искры» насчет крестьянских комитетов, но формулировал эту идею крайне неудачно, сказав: «создание особого суда из народных представителей для разбора крестьянских жалоб и заявлений относительно всех тех операций, которые сопровождали «освобождение»» («Канун революции», стр. 65, курсив мой). Жаловаться можно только на нарушение закона. «Освобождение» 19 февраля со всеми его «операциями» само является законом. Создание особых судов для разбора жалоб на несправедливость известного закона не имеет никакого смысла, пока не отменен этот закон, пока не даны в замену (или в частичную отмену) его новые законодательные нормы. Надо дать «суду» не только право принимать «жалобу» на отрезку выпаса, но и право вернуть (resp. выкупить и т. п.) этот выпас, – а тогда, во-первых, «суд» с полномочием творить закон уже не будет судом, а во-вторых, надо точно указать, какие именно права экспроприации, выкупа и т. п. имеет такой «суд». Но как ни неудачна формулировка Надеждина, а необходимость демократического пересмотра крестьянской реформы понял он гораздо вернее Мартынова.↩
157 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 434. Ред.↩
158 Напр., Мартынов обвиняет в «фразеологии» «Искру», которая дала ему и общие основания своей аграрной политики («внесение классовой борьбы в деревню») и практическое решение вопроса о конкретных программных требованиях. Не заменив этих общих оснований никакими другими, не вдумавшись даже вовсе в эти основания, не попытавшись поработать над составлением определенной программы, Мартынов отделался следующей великолепной фразой: «…Мы должны требовать ограждения их (крестьян, как мелких собственников)… от разных отсталых форм экономической кабалы…». Не дешевенько ли будет? Не попробовали ли бы вы указать нам прямо хоть на одно ограждение хоть от одной (а не то что «разных»!) отсталой формы кабалы? (вероятно, есть еще и не отсталые «формы кабалы»!!). А то ведь и мелкий кредит, и сборные молочные, и ссудо-сберегательные товарищества, и союзы мелких хозяйчиков, и крестьянский банк, и земские агрономы, – все ведь ото есть тоже «ограждение от разных отсталых форм экономической кабалы». Значит, вы полагаете, что всего этого «мы должны требовать»?? Подумать сначала надо, любезнейший, а потом уже о программах говорить!↩
161 Очень верно заметил Каутский в одной из своих статей против Фольмара: «В Англии передовые рабочие могут требовать национализации земли. Но к чему бы это привело, если бы вся земля такого военного и полицейского государства, как Германия, сделалась собственностью государства (eine Domäne)? Осуществление государственного социализма такого сорта мы находим, по крайней мере, в значительной степени – в Мекленбурге» («Vollmar und der Staatssozialismus», «Neue Zeit», 1891–1892, X, 2, S. 710) («Фольмар и государственный социализм», «Новое Время», 1891–1892, X, 2, стр. 710. Ред.).↩
162 После обсуждения статьи на цюрихском совещании редакции «Искры» В. И. Ленин опустил два последних абзаца, заменив этот текст следующим подстрочным примечанием: «Что касается до Надеждина, то он в своем наброске аграрной программы впал, по нашему мнению, в большую непоследовательность, требуя превращения «в народную собственность» всех и всяких земель кроме крестьянских и раздачи «национального (земельного) фонда» «в долгосрочную аренду трудящемуся крестьянству». Социал-демократ из общей национализации земли не мог бы исключить и крестьянских земель, это во-первых. А, во-вторых, он стал бы пропагандировать национализацию земли лишь как переход к крупному коммунистическому, а не к мелкому индивидуалистическому хозяйству. Ошибка Надеждина вызвана, вероятно, его решением ограничиться в программе «требованиями, понятными (курсив мой) и нужными мужику»». Ред.↩
163 При сдаче в аренду этих конфискованных имений социал-демократия должна была бы теперь же проводить отнюдь не специфически крестьянскую, а именно ту политику, которую мы обрисовали выше, возражая Надеждину.↩
164 На этом именно оселке следует испытывать тех многочисленных в России радикалов (и даже революционеров – из «Вестника Русской Революции»), которые склонны сидеть в данном вопросе между двух стульев.↩
165 Напр., Каутский признает справедливым требовать «ограничения прав частной поземельной собственности в интересах: 1) размежевания, уничтожения чересполосицы; 2) повышения сельскохозяйственной культуры; 3) предупреждения эпидемий» («Die Agrarfrage», S. 437) («Аграрный вопрос», стр. 437. Ред.). Подобного рода, совершенно основательные, требования отнюдь не связаны и не должны быть связываемы с крестьянской общиной.↩
167 См. настоящий том, стр. 134–143 Ред.↩
168 Например, попытки рабочих демонстраций по поводу порки крестьян и т. п.↩
169 Правда, «Рев. Росс.» и по этому пункту проделывает какую-то эквилибристику. С одной стороны, – «целиком совпадает», с другой – намек на «преувеличения». С одной стороны, «Рев. Росс.» заявляет, что эта прокламация дело лишь «одной группы» соц. – рев. С другой стороны, мы имеем тот факт, что на прокламации стоит подпись: «издание партии с. – рев.» и, кроме того, повторен эпиграф той же «Рев. Росс.» («в борьбе обретешь ты право свое»). Мы понимаем, что «Рев. Росс.» неприятно касаться этого щекотливого пункта, но мы думаем, что играть в прятки в подобных случаях прямо неприлично. Революционной социал-демократии тоже неприятно было существование «экономизма», но она открыто разоблачала его, не пытаясь никого и никогда вводить в заблуждение.↩
170 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 391–393. Ред.↩
171 См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 429–437. Ред.↩
172 В рукописи цифры проставлены синим карандашом и указывают, видимо, на желательную перестановку абзацев. Ред.↩
173 Слова «великая цель освободительной борьбы пролетариата может быть достигнута лишь путем соединенных усилий пролетариев всех стран.↩
174 Поэтому» в рукописи перечеркнуты. Ред.↩
175 Слова «усиливается ее участие в международном торговом обмене» в рукописи вычеркнуты. Ред.↩
176 В рукописи этот абзац перечеркнут. Ред.↩
177 На обороте рукописи сделана запись карандашом: «… решительно отвергая все те реформаторские проекты, которые связаны с каким бы то ни было расширением или упрочением полицейско-чиновничьей опеки над трудящимися массами…». Эта формулировка была предложена В. И. Лениным в качестве поправки к заключению «Проекта программы Российской социал-демократической рабочей партии» (см. настоящий том, стр. 210). Ред.↩
178 См. настоящий том, стр. 308. Ред.↩
179 См. настоящий том, стр. 312–313. Ред.↩
180 Там же, стр. 314–315. Ред.↩
182 См. настоящий том, стр. 317. Ред.↩
183 См. настоящий том, стр. 319. Ред.↩
184 См. настоящий том, стр. 325–326. Ред.↩
185 См. настоящий том, стр. 326–327. Ред.↩
186 См. настоящий том, стр. 328–329. Ред.↩
188 См. настоящий том, стр. 330. Ред.↩
189 См. настоящий том, стр. 331–332. Ред.↩
190 См. настоящий том, стр. 332. Ред.↩
192 См. настоящий том, стр. 333. Ред.↩
194 См. настоящий том, стр. 334–335. Ред.↩
195 См. настоящий том, стр. 337. Ред↩
196 См. настоящий том, стр. 337. Ред.↩
197 См. настоящий том, стр. 338. Ред.↩
198 См. настоящий том, стр. 340. Ред.↩
201 См. настоящий том, стр. 343. Ред.↩
202 См. настоящий том, стр. 344. Ред.↩
204 См. настоящий том, стр. 347. Ред.↩
205 «Самарцы» – бюро русской организации «Искры» (Г. М. и 3. П. Кржижановские и др.), находившееся в Самаре. Ред.↩
206 Эта старая история, которая все остается новой! Ред.↩
207 Неприятную ответственность за разрыв. Ред.↩
208 «Союзники» – члены заграничного «Союза русских социал-демократов». Ред.↩
212 Звездочкой отмечены книги, газеты и статьи, на которых имеются пометки В. И. Ленина и которые хранятся в Архиве Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС.↩
213 Впервые напечатано в Ленинском сборнике II, 1924, стр. 91–92.↩
214 Впервые напечатано в Ленинском сборнике II, 1924, стр. 114–117.↩
215 Впервые напечатано в Ленинском сборнике II, 1924, стр. 65–87, 118–130.↩
216 Впервые напечатано в Ленинском сборнике II, 1924, стр. 65–87, 118–130.↩
217 Впервые напечатано в Ленинском сборнике III, 1925, стр. 25–30.↩
218 Впервые напечатано в Ленинском сборнике III, 1925, стр. 19–24, 14–18.↩
219 Впервые напечатано в Ленинском сборнике III, 1925, стр. 19–24, 14–18.↩
220 Впервые напечатано в газете «Петроградская Правда», 1924, № 22, 27 января.↩
221 Впервые напечатано в Ленинском сборнике VII, 1928, стр. 6–15.↩
222 Впервые напечатано в Ленинском сборнике II, 1924, стр. 43–50.↩
223 Впервые напечатано в Ленинском сборнике II, 1924, стр. 51.↩
224 Впервые напечатано в кн.: Доклады соц. – демократических комитетов Второму съезду РСДРП. М.-Л., 1930, стр. 86–90.↩
225 Впервые напечатано в Ленинском сборнике II, 1924, стр. 57–61.↩
226 Впервые напечатано в Ленинском сборнике II, 1924, стр. 15–19.↩
227 Впервые напечатано в журн. «Пролетарская Революция», 1922, № 9, стр. 231–234.↩
228 Впервые напечатано в Ленинском сборнике VII, 1928, стр. 16–18.↩
229 Впервые напечатано в Ленинском сборнике VIII, 1928, стр. 227.↩